Ледяной Байкал
Самый большой каток на планете.
Путешествие началось с шестичасового перелёта из Москвы. В Иркутске командир экипажа порадовал прогнозом: солнечно, минус 31. До конечной точки, острова Ольхон, оставалось ещё больше 300 км, и термометр по дороге скакал от −30 до −45 — для конца января это нормально.
Байкал — самое глубокое озеро на Земле и хранитель пятой части всей пресной воды планеты. Вода здесь такая прозрачная, что камни на дне видны с глубины сорока метров. А зимой озеро превращается в царство льда — от молочно-белого до изумрудного. Каждую зиму побережье Ольхона, крупнейшего острова Байкала, покрывается ледяными наплесками — следами осенних штормов.
На острове живёт чуть меньше двух тысяч человек в нескольких посёлках, а солнце светит здесь больше 300 дней в году. Летом на остров попадают только паромом, зимой — по льду, а в межсезонье — на судах на воздушной подушке. Промышленный лов рыбы запрещён: остров входит в Прибайкальский национальный парк. Туристов летом хватает и без зимы, но в последние годы зимний поток тоже растёт.
Даже в безветренную погоду Байкал вдруг штормит — волны иногда достигают шести метров. Это тектоника, а не капризы атмосферы: озеро вообще устроено по-своему — незамерзающие зоны, подвижные трещины, колоссальные ледяные надвиги. Причина большинства этих явлений — мощные осенние и раннезимние штормы. При толщине льда больше 50 см на машине двигаться относительно безопасно, но остаются торосы высотой 2–3 метра и трещины шириной от полуметра до двух — они не замерзают всю зиму, то сужаются, то расширяются, а новые появляются со звуком, похожим на артиллерийский залп.
Снимок с северо-восточной стороны острова, у посёлка Узуры, где стоит метеостанция, сделан в конце января. Посёлок окружён сопками — они видны на заднем плане. Это одно из немногих мест на побережье, откуда можно легко спуститься к озеру. Несмотря на тридцатиградусный мороз, лёд у берега появился только во второй половине января. Чистое небо и почти полное отсутствие городской засветки открыли Млечный Путь во всей красе. Передний план подсветил обычный карманный фонарик — так стала видна структура прозрачного изумрудного льда с трещинами. Повезло с ветром: снега на льду почти не было. На эксперименты со светом ушло почти три часа — дольше на таком морозе без движения выдержать тяжело, а перепады температуры в это время суток означали риск новых трещин, так что далеко от берега уходить было рискованно. В какой-то момент Байкал перестал быть просто озером. Лёд, трещины и Млечный Путь слились в одно пространство, в котором уже трудно понять, где заканчивается земля и начинается небо.
Выстоять целый день на морозе −25…−30 (ночью было ещё холоднее) — само по себе испытание. В ледяных пещерах приходилось буквально ползти, чтобы не сломать сосульки. Первое время по льду было страшно ходить: казалось, что идёшь по тонкому стеклу с трещинами, а под ним — чёрная бездна неизвестной глубины. Ходить, кстати, можно было в обычной обуви — лёд оказался почти нескользким. Но трещины появлялись даже под ногами, несмотря на солидную толщину льда, а звук при этом вполне сгодился бы для озвучки «Звёздных войн».
Зимой Байкал становится другим. Иногда настолько, что перестаёшь понимать, где заканчивается лёд и начинается небо.